сегодняшний сеанс

МТ, кстати, не особо поддерживает теории Калшеда. Она считает, что есть некая исходная жизненная энергия, гармоничная и органичная, которая по мере жизни встречает разного рода препятствия и по-разному с ними обходится. В частности, например, формируя такие вот защиты. И очень важно различать "тогда" и "сейчас". Сейчас - это уже другие обстоятельства, и, возможно, в такой степени защита уже не нужна.

Она вообще молодец. Она как-то хорошо так и органично фильтрует поступающую информацию, помня о главном и не замусоривая себе лишним голову. Ну, мне так кажется, например.

Она подстриглась и, кажется, подкрасила волосы. Я ни разу не видела у нее корней, хотя ее не назвать человеком, который маниакально следит за внешностью (например, она носит очень короткие, чистые ногти даже без лака). Но оттенок волос сегодня показался темнее, а сама она как-то бледнее и выглядела слегка изможденной. Скорее - обезвозженной. Что это там у нее такое по выходным происходит, что по понедельникам она такая уставшая, а в середине недели уже вся светится лампочкой?

Я снова села в кресло, а не на диван. МТ спросила, на каком расстоянии мне хотелось бы, чтобы она сидела. Я сказала, что не слишком близко, а то я боюсь не справиться с импульсом к ней прикоснуться.
На лице у нее было задумавшееся выражение (может, надо было пояснить, что я имела ввиду?). Затем я стала заземляться. Прокомментировала, что кресло это очень помогает чувствовать себя собранной, хорошо поддерживает спину, особенно, ее низ. Заземлившись, я слезла на пол и разложила свою конструкцию.

Сейчас она выглядит так. Осколок окружен двойной стеной - одна стена вокруг него, а вторая вокру первой. И в промежутке между стенами бегают собаки.

- Я хочу сейчас кое-что тут изобразить, но сегодня не очень это обсуждать хочется, у меня другие вопросы, - я передвинула кусочки лего так, что в этой двойной стене образовался коридор, который ведет прямо к осколку и которой одновременно с этим отгораживает от коридора собак. То есть, можно прямо снаружи нормально пройти прямо к Осколку.

- Я пока не поняла, кто и что открывает эти двери, - пояснила я. - Но когда они открываются, очень много энергии выходит, и очень много энергии вкладывается в то, чтобы держать проход открытым и свободным от собак.

- Может, это Мелкая открывает?

- Хмм... - я взяла фигурку Мелкой и поставила ее возле прохода, рядом с жабенышем. - Я не понимаю, в чем тут обмен тогда. Зачем она открывает доступ к Осколку.

- Она ведь хочет, чтобы ее спасли.

- Эт да... но это ведь еще не все, как мне кажется.

- Осколок - это часть, в которое перемешано много энергии и много боли. Может быть, ей хочется, чтобы эту боль кто-то забрал? Чтобы ее, Мелкую, держали на руках, баюкали и забрали боль?

- Да, это есть... но тут еще что-то. Для спасения достаточно найти себе нового папу... - я достала фигурку "папы" и поставила ее рядом с Мелкой. - С Осколком тут немного не то... тут вот что..., - я достала заранее купленную фигурку маленького, улыбающегося мальчика в смешных плавках, который доверчиво протягивет мячик, - тут вот это.

Я поставила мальчика перед жабенышем, вплотную. И пододвинула Малую к мальчику.

- Вот это вот происходит, такой вот контакт.... Может быть, она видит там другой, чужой Осколок. Собрата по беде? Не знаю...

- О-о-о, - обрадовалась МТ и что-то записала себе.

- Я еще не вполне понимаю, как это все работает, но это там точно есть. Правда, куда-то этот славный мальчик девается, и вместо него перед Мелкой внезапно появляется Жабеныш. Да, мы говорили об этом... Люди могут поворачиваться к нам разными частями своей личности, и некоторые из этих частей о нас ничего не знают и знать не хотят...

- Вы так слой за слоем открываете новые грани в этом явлении.

Я вздохнула и села обратно в кресло.

- Мне хочется поговорить о том, как мне не терять связи с Осколком. Это для меня очень, очень важно. И это очень, очень сложно. Знаете, это как... вот я сьездила домой, а там еда. И я вспомнила, что такое еда, когда она вкусная. Вот так оно внезапно вспоминается. Я не хочу внезапно проснуться в 45 лет в следующий раз и понять, сколько лет я потеряла в дисокннекте от того, что для меня самое важное.

- Слышу, вы говорите о своем сильном желании не терять связь и о том, как трудно это делать.

- Вся моя система настроена так, чтобы забывать, терять контакт, забивать. Я очень этого боюсь. Мне и сейчас, когда ничто не отвлекает, очень трудно бывает поймать связь с Осколоком. Вы говорите, там перемешано с болью. Да, так и есть. Поэтому мне и не хотелось боль гасить. Я боялась, что стоит загасит боль - Осколоко онемеет, и я вообще не смогу его внутри обнаружить.

- Надо бы разузнать, что Осколку надо.

- Да. Только каждый раз я сталкиваюсь с этой болью в нем. Это как огромная огненная река: чтобы выудить в ней рыбку смысла, надо получить большие ожоги.

- Можно выслушать, не вбирая в себя эту боль...

- О, это отдельное искусство "просто быть"... Я ему все еще обучаюсь... Кроме того, я не уверена, что он обладает сознанием или личностью. Он какой-то аутист. Не знаю, есть ли у него вообще желания... Но все равно, это очень важная часть и мне панически страшно ее потерять снова, как это было раньше. У меня к ней даже нейронные дорожки не проложены как следует.

- Вобщем, я верю, что достаточно создать пространство для Осколка, создать для него доброжелательное приглашение выйти и ждать. Я вижу, что вы можете чувствовать свои нейронные дорожки :) Попробуйте их представлять и строить.

- Надо посмотреть в сети картинки, как они хоть выглядят-то...

- Нет, лучше не смотреть. Представляйте их так, как они вам представляются.

- Попробую их нарисовать наверное...

- А может быть это Большой открывает двери к Осколку?

- Ну, Большой... У него совсем другой взгляд на вещи. Осколок его не интересует. Мелкая тоже. Была бы его воля, он избавился бы от Мелкой. От собак - нет. Собаки для него - это важно. Его мечта - стать таким идеальным, чтобы ни одна из собак его больше не кусала.

- И что он думает, что получит в результате этого? Будет любимым?

- Нет... Безопасность, что ли... А скорее - право на жизнь. Ему кажется, что мы в этом мире нелегальные иммигранты, не имеем права тут быть вообще. Но став идеальным это право можно заслужить. Если взять Мелкую, то она презирает вообще весь этот концепт - заслуживать право, рвать задницу. А Большому это очень все близко. Он же, со своей стороны, не понимает Мелкую. Он не хочет никогда ни от кого зависеть, никогда ни на кого не полагаться, ему не нужно ощущение связи и близости с людьми. Ему все равно до Осколка. Точнее так... Осколок, в его понимании, это какой-то глюк системы. На него не надо обращать внимания и его надо как-то запрятать, как некое досадное несовершенство, но выковыривать его, присоединять... Нет, Большой не считает это важным. Если бы он один пришел на терапию, он просил бы способов и возможностей стать идеальным и независимым.

Для меня Большой и его устремления - это как статуя Гагарина. Один, куда-то в заоблачную высь, весь такой терминатор.

В конце сеанса, когда мы прощались, МТ внезапно что-то вспомнила, показала мне жестом остаться и полезла за шкаф. Оттуда она достала целый пакет маленький собачьих "конфеток" в виде косточек. Это для моих собачек... У меня самый лучший терапевт на свете! Печать. Подпись.

Если вам интересно, что и как происходит в психотерапии - читайте блоги клиентов психологов!

А если вы сами посещаете психолога/психотерапевта, и хотите поделиться с другими своим опытом - напишите об этом нам!